Исповедь гениального музыканта-наркомана

Феликс был в классе гонимым. Когда его одноклассники собрались выкурить по кругу сигарету с «травкой» Феликс был рад присоединиться к ним. Парни собирались каждый вечер, потягивали пиво и передавали по кругу сигарету с марихуаной. Потом перешли на ЛСД или «кислоту».

Один из приятелей предложил Феликсу подзаработать на штукатурке дома. В середине дня, он приятель достал из саквояжа пластмассовую коробочку, отсыпал на ладонь порошок, втянул в ноздри. «Хочешь попробовать?» Это был кокаин. «Что я почувствовал несколько минут спустя, трудно описать. Огромную энергию, прилив сил! А когда кайф начал оставлять, страшно хотелось продлить это ощущение могущества. К счастью, в пластмассовой коробочке можно было наскрести еще кокаин...»

Однажды родителям Феликса попалась на глаза газета с публикацией о Медицинском Центре доктора Назаралиева в Бишкеке, и они уговорили сына поехать. Вскоре, обходя больных, я увидел худенького юношу, страдавшего понижением двигательных рефлексов и параноидальными психозами, обычными при частом вдыхании кокаина. Я посмотрел историю болезни. Употреблял наркотики 4 года, нюхал кокаин по 25-30 раз в день. Общая суточная доза – до 3 граммов.

В клинике Феликс прошел полный курс лечения. Врачи, прощаясь, желали ему никогда к нам больше не возвращаться в качестве пациента. «А в качестве музыканта?» – смеялся он, извиняясь за свои долгие разговоры о современной рок-музыке, которую великолепно знал. Он был музыкально одарен, и врачи не сомневались в его будущем.

Через два года я нахожу его в Бруклине.

– Доктор! Какими судьбами?!

В узких джинсах и с золотой цепочкой на груди, он мало изменился. Отдельно от родителей он снимает комнату, пишет музыку, но на сочинительство трудновато жить. Четыре раза в неделю подрабатывает диск-жокеем на вечеринках и светотехником в ночных клубах.

– Что теперь в ходу на дискотеках?– спросил я.
– По-прежнему экстази, ЛСД, кокаин…

Напоследок, провожая меня к отелю, Феликс рассказал историю, после которой все еще не может прийти в себя. У него в Бруклине был друг с Украины – Витька, 28 лет. Жил один, работы не было, сидел на пособии по безработице.

Пособия едва хватало на героин – кололся постоянно. Часто страдал от передозировки. А три дня назад позвонил Витькин сосед: «Приезжай скорей... Витьку сняли с полотенца». Повесился… Феликс и тот сосед вдвоем похоронили Витьку.

Этот случай еще сильнее отдалил Феликса от круга друзей-наркоманов и укрепил его ремиссию.